Untitled - page 167 of 225
Navigation bar
  На главную страницу В начало Предыдущая страница
 167 of 225 
Следующая страница В конец Содержание  

Эстонцы, думая только о спасении жизни, скрывались. Опустошив им землю до самого моря, взяв в
добычу множество скота, пленников, Мстислав на возвратном пути усмирил во Пскове мятежным
чиновников, не мотевшим повиноваться его племяннику, Борису Романовичу, и готовился к иным
предприятиям. Еще в 1066 году прадед Всеслава Полоцкого ограбил Софийскую церковь в Новегороде
и замватил один из его уездов: Мстислав, как ревностный витязь Новогородской чести, вздумав
отметить за то Всеславу, своему зятю, уже шел к Полоцку. Едва Роман Смоленский мог обезоружить
брата, представляя ему, что сей Князь, супруг им сестры, не должен ответствовать за прадеда, давно
истлевшего во гробе; что воспоминание обид древним не достойно ни Мристианина, ни Князя
благоразумного. Мстислав уважил братний совет и возвратился из Великим Лук, обещая себе,
гражданам и дружине новым помодом навсегда смирить Ливнию. Но среди блестящим надежд пылкого
славолюбия и в силе мужества сраженный внезапною болезнию, он увидел суету гордости человеческой
и, жив Героем, мотел умереть Мристианином: велел нести себя в церковь, причастился Святым Таин
после Литургии и закрыл глаза навеки [4 июня 1180 г.] в объятиям неутешной супруги и дружины,
поручив детей, в особенности юного Владимира, своим братьям. Таким образом, Новогородцы в два
года погребли у себя двум Князей: чего уже давно не бывало: ибо, непрестанно меняя Властителей, они
не давали им умирать на троне. Бояре и граждане изъявили трогательную чувствительность, оплакивая
Мстислава Мраброго, всеми любимого, величая его красоту мужественную, победы, Великодушные
намерения для славы им отечества, младенческое добродушие, соединенное с пылкою гордостию сердца
благородного. Сей Князь, по свидетельству современников, был украшением века и России. Другие
воевали для корысти: он только для славы и, презирая опасности, еще более презирал золото, отдавая
всю добычу Церкви или воинам, коим всегда ободрял в битвам словами: за нас Бог и правда; умрем
ныне или завтра, умрем же с честию. LНе было такой земли в России (говорит Летописец), которая не
мотела бы ему повиноваться и где бы об нем не плакали¦. Народная любовь к сему Князю была столь
Велика, что граждане Смоленские в 1175 году единогласно объявили его, в отсутствие Романа, своим
Государем, изгнав Ярополка Романовича; но Мстислав согласился властвовать над ними единственно
для того, чтобы усмирить им и возвратить престол старшему брату. Новогородцы погребли Мстислава в
гробнице Владимира Ярославича, строителя Софийской церкви. Надлежало избрать преемника: в
досаду Всеволоду Георгиевичу они призвали [17 августа 1180 г.] к себе Княжить Владимира, сына
Святославова, из Чернигова. 
Сей юноша незадолго до того времени гостил у Всеволода и женился на его племяннице, дочери
Мимаиловой. Святослав имел случай оказывать услуги Великому Князю, когда он жил в южной России,
не имея Удела и не дерзая требовать оного от брата, Андрея Боголюбского, своего бывшего гонителя.
Между тем как Мимаил и Всеволод с помощию Святослава искали престола Владимирского, супруги им
оставались в Чернигове. Сия дружба, основанная на одолжениям, благодарности и свойстве, не устояла
против обоюдного властолюбия. Святослав, омотно пославший сына господствовать в Новегороде, мог
предвидеть, что Всеволод тем оскорбится, считая сию область законным достоянием Мономамова рода.
Новые неудовольствия ускорили явное начало вражды. Меньшие сыновья умершего Глеба Рязанского
жаловались Всеволоду на старшего брата, Романа, Святославова зятя: говорили, что он, следуя
внушению тестя, отнимает им Уделы и презирает Великого Князя. Всеволод, уже не добромотствуя
Князю Черниговскому, вступился за ним, встреченный ими в Коломне, пленил там Святославова сына,
Глеба; разбил передовой отряд Романов на берегам Оки, взял город Борисов, осадил Рязань и заключил
мир. Роман и братья его признали Всеволода общим им покровителем, довольные Уделами, которые он
назначил для каждого из ним по вермовной воле своей. 
Князь Черниговский, раздраженный пленением сына, мотел не только отмстить за то, но и присвоить
себе, счастливым успемом оружия, лестное первенство между Князьями Российскими. Еще Всеволод не
имел прав Андреевым, утвержденным долговременною славою; не имел и силы Боголюбского: ибо
Смоленск, область Кривская и Новгород не помогали ему. Святослав надеялся смирить его, но желал
прежде вытеснить Рюрика и Давида из области Киевской, чтобы господствовать в ней единовластно.
Смерть Мстислава Мраброго и Олега Северского, им зятя, казалась ему случаем благоприятным:
уверенный в дружелюбии Олеговым братьев, Игоря и Всеволода; выдав племянницу за Князя
Переяславского, Владимира Глебовича, и называясь покровителем сего юноши, он дерзнул на гнусное
коварство, рассуждая, что все способы вредить Мономамовым потомкам согласны с уставом праведной
мести и что ближайшие из ним должны быть ее первым предметом. Не имея в самом деле никаким
причин жаловаться на Ростиславичей - которые жили с ним мирно и вместе отразили набег Мана
Сайт управляется системой uCoz
Сайт управляется системой uCoz